В этом году исполняется 70 лет с того момента, как в нашей стране впервые отпраздновали День строителя. В 2026-м этот праздник пришелся на 9 августа. Поэтому сегодня tula.aif.ru вспомнил великих архитекторов.
От Куликова поля до мавзолея
Алексей Щусев создал, как писали в советские годы, «самое дорогое всем людям Земли сооружение» – мавзолей Ленина. Но оставил академик архитектуры и академик Академии наук СССР память о себе и на тульской земле. Он – автор храма Сергия Радонежского на Красном холме Куликова поля.
Епифанский помещик, графа Ю. А. Олсуфьева вспомнил о Щусеве, с которым уже сотрудничал во время перестройки своего особняка, когда разрешилась давняя идея поставить на Куликовом поле храм во имя Сергия Радонежского. Однако в ходе работы Щусев с Олсуфьевым едва не поссорились. Графу не нравился предложенный архитектором русский модерн с асимметричным главным фасадом, он требовал однотипные по форме завершения башен. Трехчастная композиция здания, по замыслу Щусева, как бы перекликалась с композицией картины В. Васнецова «Богатыри», написанной сравнительно недавно, в 1898 г. В письме хранителю Русского музея П. И. Нерадовскому Щусев писал: «Что касается Куликовской церкви, то она выходит по архитектуре очень хорошо. Я изменил верх второй башни, вместо купола – шлем... Оставить обе башни одинаковыми это ложноклассично, робко...» Различные пропорции башен, особые очертания их крыш, похожих на воинские шлемы, были навеяны образами русского былинного эпоса и напоминали о «древних богатырях – героях битвы, о героизме и стойкости самого русского народа, много лет назад грудью отстоявшего Родину здесь, на просторах поля Куликова...»
Осенью 1914 года строительно-монтажные работы по возведению храма были в основном закончены, а полностью он был достроен к 1917 году. В 1918 году храм во имя преподобного Сергия Радонежского был освящен и даже взят под охрану государства. До 1940 года здесь совершались церковные службы.
В советские годы Алексей Щусев даже успел заступиться за человека, с которым он так яростно спорил, когда проектировал храм на Красном холме. В 1925 году графа Олсуфьева первый раз арестовали как члена антисоветской группировки. Щусев послал в его защиту письмо в ОГПУ: «Прилагая настоящую справку Главмузея, я удостоверяю, что Юрий Александрович Олсуфьев лично мне известен более 20 лет как гражданин, всецело преданный науке об искусстве». И подписал очень весомо: Академик архитектуры, автор Мавзолея В. И. Ленину». Олсуфьева отпустили. Но в 1936 году он все равно был расстрелян на Бутовском полигоне.
Академик Щусев с 1945 года и до своей смерти был первым директором созданного по его инициативе Музея русской архитектуры – сейчас Государственный научно-исследовательский музей архитектуры им. А. В. Щусева.
Храм Сергия Радонежского на Красном холме до войны более-менее уцелел, не тронули его и немцы, до Куликова поля они не дошли. Только в начале семидесятых годов рабочие Тульских реставрационных мастерских поменяли кровлю, установили на звоннице позолоченный шпиль, рамы, провели остекление и внутренние отделочные работы. К 600-летию битвы в храме был, хоть и весьма приблизительно, реализован первоначальный замысел Щусева по убранству храма. В 1992 году при вручении премии им. преподобного Сергия Радонежского здесь вновь была проведена служба.
Основоположник классицизма
Один из основоположников русского классицизма Василий Иванович Баженов родился в Калужской губернии – селе Дольском рядом с Малоярославцем. Однако в городе оружейников удостоился целой улицы. Разумеется, с кварталами жизнерадостных рядов пятиэтажных хрущевок. Ну а какую еще улицу посвящать великому архитектору, строившему дворцы и царские резиденции, перестраивавшего московский кремль.
Его история – красивый пример selfmade; того, как человек делает себя сам, вопреки обстоятельствам. Родители ведь способности большого художника в своем ребенке не разглядели, отправив продолжать семейную династию – певчим в Страстной монастырь. Убежденный, что родился для того, чтобы рисовать, маленький певчий договорился брать уроки у какого-то захудалого местного живописца. И тут судьбе угодно было преподнести царский подарок. Сгорел деревянный царский дворец в Лефортове, и они с учителем оказались в числе тех, кому было приказано в спешном порядке его возродить. Тогда-то, раскрашивая печи под мрамор внутри всего этого великолепия, Баженов понял, что хочет не рисовать картины, а строить дома. Да и сам он был замечен главным московским архитектором князем Ухтомским, дававшем молодому человеку маленькие, но очень ответственные поручения.
Не всё, что задумывал Баженов, удалось осуществить. Предполагал реконструкцию кремля и Красной площади в Москве, но сначала остановили работу из-за эпидемии чумы, а потом постепенно иссякли деньги. При том, что сама идея «Форума великой империи» оказала, как говорят, большое влияние на русскую архитектурную мысль. В конце концов, императрица поручила Баженову засыпать котлован, вырытый под дворцовый фундамент, от чего тот гордо отказался – «Оставляю тому, кто за благо избран будет».
Государственные заказы после отставки от двора ушли, зато хватало частных. К числу его московского наследия относятся дом Долгова на проспекте Мира, дом Юшкова на Мясницкой улице, дом Пашкова напротив Боровицких ворот кремля, в котором сейчас располагается Российская государственная библиотека и с которого булгаковский Воланд и его свита взирали на Москву. Здесь прусский король благодарил Москву за избавление от Наполеона, здесь прошел тот самый первый бал Наташи Ростовой – в «Войне и мире» описан один из залов этого дворца. Дом Пашкова – единственный на Моховой улице, который стоит тылом, а не лицом к Кремлю. Говорят, таким образом обиженный на императрицу Баженов высказал свое к ней отношение.
Василий Иванович Баженов умер 2 августа 1799 года от паралича сердца. Он завещал, чтобы его похоронили в собственном имении Глазово (теперь Староглазово) тогда Каширского уезда, а теперь Венёвского района Тульской области. Здесь он скрывался вдали от глаз императрицы Екатерины после того, как впал в немилость. Просил погребение сделать простым, с благовенным и трезвым священником. Приказал также положить тело поглубже, дабы кости истлели в прах и не тронуты были никем.
Примерно так и получилось. Со временем всё вокруг пришло в упадок, и усадьба была продана за долги с аукциона. Могила Баженова считалась утраченной, но в 1992 году группа энтузиастов её нашла. За счёт пожертвований захоронение восстановили и установили памятный знак.
Гость из Петербурга
Василий Федосеевич Федосеев – ближайший помощник знаменитого зодчего Карла Ивановича Росси. В Петербурге великий Росси привлекал своего ученика к строительству Николаевского и реконструкции Зимнего дворца, строительству дворца на Елагином острове, устроению в Зимнем дворце Военной галереи.
В 1831 году Федосеев приехал в Тулу для работы над проектом постройки нового Оружейного завода, который был уничтожен во время пожара 1834 года. Этот проект в несколько измененном виде, осуществили уже в 1843 г.
Федосеев также составил проект здания Дворянского собрания на Киевской улице. После некоторых упрощений Дворянское собрание построили в 1849-1856 гг. Также по проекту Федосеева были сделан купол на церкви Спаса Преображения, Казанская церковь и храм Преображения женского Успенского монастыря, колокольня Всехсвятской церкви, храма апостолов Петра и Павла.
Протоиерей, доктор богословия, Почётный гражданин Тулы Ростислав Лозинский считал, что архитектура храмов, построенных или спроектированных Федосеевым в Туле, отличается от тех форм, которые уже имелись здесь к 40-м годам XIX столетия. Он создавал храмы, имеющие в плане форму петербургских дворцов, построил колокольню не шатрового стиля, а напоминающую Адмиралтейскую иглу столицы. Тула украсилась храмами с одним большим куполом, с белыми колоннами, местами спаренными, создающими живописную игру светотени и придающими зданиям празднично-нарядный вид.
Абсолютные пропорции
Мезенцева многие туляки недолюбливают за величественное здание Дома Советов, он же Белый дом в центре города. Однако в своей профессии Борис Сергеевич создал собственный узнаваемый стиль и оставил о себе большую память – Центральный научно-исследовательский и проектный институт зрелищных и спортивных сооружений. С 1974 года он носит имя своего создателя – Б. С. Мезенцева. В здании Дома советов в Туле воплотились архитектурные принципы Мезенцева. В частности, гигантская площадь вокруг и прямоугольный контур постройки. Рядом предполагалось построить восьмидесятиметровую 28-этажную гостиницу, которая должна была стать самым высоким зданием в городе, но это строительство так и не начали.
Борис Сергеевич – туляк. Родился здесь в 1911 году и вырос на Калужской (Демонстрации) улице в доме, теперь уже давно снесенном. После войны был в числе тех, кто восстанавливал разрушенные города. По его проектам были построены железнодорожные вокзалы в Смоленске, Бородине, Харькове, Витебске. Мезенцев вместе с А. Н. Душкиным работал над зданием МПС на Садовом кольце у метро Красные Ворота – одним из восьми знаменитых сталинских высоток, за что в 1949 году вместе с другими разработчиками получил Сталинскую премию.
Мезенцев участвовал и в возрождении разрушенного после землетрясения Ташкента, проектируя монументальные объекты в центре города — площадь Ленина и двадцатиэтажное здание Совета министров Узбекской ССР. Но самое главное его творение – Ленинский мемориал в городе Ульяновске, построенный к столетию вождя. Абы кому такую роботу не поручат. Несмотря на очень сжатые сроки строительства, он справился со своей задачей. Закладка здания произошла 22 апреля 1967 года, а открытие комплекса – 16 апреля 1970-го. Правда, на самом открытии Мезенцева не было, его даже не пригласили. За время работы на объекте Мезенцев разругался с первым секретарем обкома партии. Тоже не каждый себе может позволить. Только человек с характером и авторитетом. При этом и авторы проекта, и строители за этот объект были удостоены Ленинской премии!
«Он умел находить абсолютные пропорции», – считает ученик Мезенцева, профессор Владимир Иванович Ревякин. – Везде в работах у него используется куб, а более совершенной формы природа не создала. И архитектура его такая же монументальная и величественная, каким он и сам был в жизни. То время и требовало такой монументальности».
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
