Тамаре Хижняченко исполнилось 70 лет. Свой возраст она не скрывает. Как всегда, энергична, бодра, оптимистична и никогда не теряет чувства юмора. О том, как начиналась её карьера и каких детей она берёт в свою группу, Тамара Павловна рассказала tula.aif.ru.
«Душа расцветает с ними»
«Я себя оцениваю прекрасно: молода, свежа и красива. Просто помру скоро, ну это неважно. Так и напиши», — раскатисто смеётся при встрече Тамара Павловна, да так искренно и заразительно, что самому трудно сдержаться, по крайне мере, от улыбки. Это она так парирует на вопрос о том, как сейчас ощущает себя в деле, которому посвятила свою жизнь.
«Буду в цирке работать, наверное, до последнего дыхания. Даже если ходить не смогу, в кресле сидеть буду... Всё равно буду здесь. У меня душа расцветает с ними (воспитанниками. — прим.авт.), понимаешь? Так что, до последнего», — всё никак не успокоится собеседница.
Какими только эпитетами за всё время не одаривали Тамару Хижняченко: и женщина-фейерверк, и человек-праздник, и Леди Вулкан и т.д. И действительно, такого преданного цирковому искусству человека, который столько лет удивляет своей творческой энергией и энтузиазмом, буквально бурлит в своей профессии, в области сегодня, пожалуй, трудно найти.
В Тульском государственном цирке Тамара Хижняченко впервые засветилась ещё в 1978 году. До этого отучилась на хореографическом факультете института культуры в Москве, отработала год в балете Киевского мюзик-холла. В Тулу вернулась по семейным обстоятельствам: всё вмиг бросила и уехала — тяжело заболел отец, и нужна была помощь. А когда встал вопрос подработки, пришла в цирк. Там как раз срочно требовался балетмейстер для работы с гастролировавшим тогда в Туле знаменитым клоуном Олегом Поповым.
«Я попала к Дмитрию Иосифовичу Калмыкову, первому директору Тульского цирка, — вспоминает Тамара Павловна, — и говорю: «Я без документов, без всего... Можете меня взять на подработку?» А он мне: «Как это без документов? А что ты окончила?». Я ответила. Он: «А можешь пойти прямо сейчас репетировать?». Я говорю, что могу, и он мне тогда: «Всё, выходи в манеж».
Так сразу и вышла — к самому Олегу Попову со словами: «Здравствуйте, Олег Константинович, я ваш балетмейстер». Как потом оказалось, работать с ним было совсем не страшно...
«Первым делом он мне сказал: «Тамарочка, главное, чтобы я был в центре. Всё остальное меня не волнует. Пусть девчонки вокруг делают, что хотят». Это мы приступали к разводке танца «Гаишники». Так состоялся мой дебют в цирке.
Какая дерзкая девушка
Следом была работа ещё в нескольких номерах Олега Попова. И её оценили, как потом выяснилось. Уже перед самым её отбытием в мюзик-холл директор вызвал и спросил: «Что тебе нужно, чтобы остаться в цирке?». Сам вопрос удивил её в принципе.
«У меня вообще и в планы это не входило. То есть, где цирк, где танцы, а где я? Но я ответила, и совершенно безо всякой задней мысли, что, наверное, балет для этого нужен, чтобы я его возглавляла».
Уже вечером Дмитрий Калмыков подозвал к себе дерзкую девушку-хореографа и показал ей телеграмму, в которой было сказано: «Включить в штат Тульского цирка 12 человек балета». Так Тамара Павловна и стала его главным балетмейстером, а затем и главным режиссёром цирка, прослужив там в общей сложности 35 лет.
Мои дети — бездари
Тогда же, ещё в 1979 году, и появилось новое и непривычное название — Детский цирк города Тулы. Это детище Хижняченко — от и до. Сколько детей прошло через эту цирковую школу за все годы, и подсчитать трудно. После ухода Тамары Павловны из Тульского цирка сменилось и место прописки коллектива. Теперь он существует в структуре Молодёжного многопрофильного центра «Родина». А вот требования и подход к работе остаются прежними. У Хижняченко своя академия, своя философия...
«У меня выступают абсолютно все дети, которые приходят заниматься. Даже если ничего делать не умеют, — поясняет собеседница. — Они все выходят в парад, все выходят в эпилог. Это для того, чтобы они увидели зрителя, почувствовали его, поняли, что это такое — аплодисменты в их адрес. Они привыкают к тому, что публике надо улыбаться. А вот после всего этого им уже можно приступать к работе и над своими сольными номерами. Работа у нас начинается с привычки улыбаться».
— То есть берёте всех детей, даже без способностей?
— Да, беру всех. Потому что первое впечатление может быть обманчивым. Бывает, приходит ребёнок — никакой, а потом вдруг начинает раскрываться. Это потому, что пашет. А некоторые и с хорошими данными никак себя не проявляют. Вот есть сейчас одна девочка — у неё шпагат отличный, растяжка шикарная... Но ведь лентяйкой же растёт.
— Но как-то вы всё же проверяете ребёнка на его способность заниматься в цирке?
— Ну а как же. Потопаем, похлопаем... То есть проверяем чувство ритма. Если не умеют делать мостик, я поддерживаю, но всё равно смотрю на гибкость, растяжку. Проверяем элементарные физические способности.
— А могли бы вы сами оценили уровень подготовки ваших воспитанников?
— Могу. Младшая группа — бездарна, средняя — талантлива, а старшая — так это просто вундеркинды. Если ребёнок не поймёт, что от таланта нужно переходить уже к гениальности, то ему тогда и заниматься незачем.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
