aif.ru counter
233

От октябренка до священнослужителя. О церковном хоре и пении папе римскому

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 42. "АиФ в Туле" 14/10/2020
Максим Курчаков / Из личного архива

За каждой Божественной литургией во Всехсвятском кафедральном соборе Тулы и в храмах, где бывали с визитациями правящие архиереи Тульской епархии, православные верующие вот уже 50 лет имеют возможность слышать проникновенный голос протодиакона Тульской митрополии Вячеслава Чернышева. 

Досье
Вячеслав Чернышёв. Родился 4 декабря 1943 года в Куйбышеве (ныне Самара). Рукоположен во диаконы 14 июня (праздних трех святителей) 1970 года епископом Куйбышевским и Сызранским Иоанном (Снычевым). 15 февраля 1970 (на Сретение) – протодиакон. Служил в Покровском кафедральном соборе Куйбышева. С 1972 года служит в во Всехсвятском кафедральном соборе Тулы. В настоящее время на пенсии, но продолжает служить.

Пусть эта свеча горит

Алексей Анкин, «АиФ в Туле»: Вы росли в государстве, где религия была опиумом для народа… Как вышло, что октябрёнок, пионер, а потом и комсомолец принял решение связать жизнь с Церковью?

Вячеслав Чернышев: У меня была очень верующая мама, в своё время вышедшая из коммунистической партии. Она меня водила в церковь, что, конечно, повлияло на моё воспитание.

После школы меня призвали в армию, служил в группе советских войск в Германии. Был там солистом в немецко-советском хоре. Вернулся и вновь мама настойчиво предложила стать служителем Церкви. Эта мысль её не оставляла годы. 

В то время я занимался вокалом у профессора, который надеялся, что я его имя пронесу по всей Вселенной. Вот так я оказался между двух позиций. Мамочка говорит: быть мне служителем алтаря Господня, а профессор хочет мне иной доли.

Однако, с профессором приключилось некоторое нежелательное явление - он крепко заболел…

Чем всё кончилось, угадать не сложно. Профессор согласился с мнением моей мамы и сказал: «Пусть Вячеслав служит Господу, пусть эта свеча горит».

- Что было самым сложными и простым, когда связали жизнь со Христом и служением Господу?

- В службе простого нет. Всё очень ответственно, всё - от и до. Вот на трёх Святителей я был посвящен во диаконы. Сретение Господне - уже на должности первого протодиакона. И так пошло.

Впереди Пост Великий – службы сложные. Далее Пасхальный период, тоже сложно. Но я, с Божией помощью, всё это как можно быстрее охватывал, запоминал. Приходил домой – сразу на подушку и меня нет. А утром рано вставать надо. Я ведь должен был подготовиться!

Вот теперь вы понимаете – я только что принял сан и сразу первый протодиакон. Значит не меня уже будут обучать, а я сам должен следить, как ведётся служба. Так что, насколько сложно было – один Бог знает! 

Хорошие люди

- На своем веку вы много повстречали людей Церкви, кто запомнился особенно?

- Я не могу ни про одного архиерея что-то такое сказать особое. Все очень добро ко мне относились, я старался отвечать, понятно, как можно глубже на это внимание к моей худости. Вот могу только так сказать…

Сейчас у нас правящий архиерей владыка митрополит Алексий. У него великолепные проповеди. Когда я вел уроки в нашей семинарии, всегда внимание ребят обращал на то, чтобы они внимательно слушали, как он четко, словно ручеёчек течёт, говорит и говорит. И высказывает очень ценные и нужные для спасения мысли. 

- С владыкой Ювеналием (Поярковым), ныне митрополитом Крутицким и Коломенским, вам доводилось служить за границей. Отличается ли по каким-то внутренним ощущениям Божественная литургия за границей от той, что совершается на Родине?

- Бог над всеми, а литургия, - за границей, на Южном полюсе или на Северном, - всегда литургия. За границей я был с владыкой митрополитом Ювеналием. Ездили в Италии, где посещали Барри, Лоретто и Рим. Кстати сказать, в Риме замечательный собор, громадный! Я, когда зашёл в него, подумал: «Господи, какой же я совсем маленький»!

Владыка перед поездкой за границу мне сказал подготовиться, чтобы что-то мог спеть, и мне пришлось петь папе римскому, тогда это был Павел VI. Исполнял чисто русские народные песни и еще монолог Пимена из оперы «Борис Годунов».

Потом мы ездили на Кипр. Это было в бытность архиепископа Макариоса (Макариос III, предстоятель автокефальной кипрской православной церкви – авт.). Там мне тоже пришлось петь, и я старался подбирать духовные вещи.

- Чем запомнился владыка Ювеналий не как священнослужитель и архиерей, а как человек?

- Он чудесный человек, очень чудесный! Несмотря на свои высокие должности и высокий сан, он очень сердечный … Любит порядок – чтобы никаких запинок, чтобы всё шло нормально, спокойно… Я никогда не видел его раздраженным. Он всегда слегка улыбается!

- Вам довелось служить и с владыкой Серапионом (Фадеевым), тогда митрополитом Тульским и Белевским, каков был в общении и служении он?

- Это совсем другой человек! Но тоже превосходный! Он даже доходил до того, что когда я спрашивал благословения что-то сделать, он отвечал: «Как ты считаешь нужным, так и делай, когда надо – я поправлю».

- Вам довелось служить, с двумя Патриархами – Алексием II и Кириллом. Ощущается ли, что это люди разного времени?

- Но я служил ещё и при Патрирахе Пимене (Извекове)!

Они оставались высшими иерархами, и они делали своё дело. Не важно, какой режим – советский или вот нынешний, потому что все мы делаем одно дело, и оно не может быть разным в зависимости от эпохи.

По моим ощущениям это были прекрасные люди в полном смысле этого слова. Очень внимательные. Казалось бы, Святейший Патриарх, но он всё видит и когда надо – аккуратненько подскажет.

Когда человек искренен?

- Когда люди, простые прихожане, были более искренними? Когда тайком ходили в храмы при советской власти или сейчас, когда храмы, практически в шаговой доступности?

- Сложно ответить, ведь в сердце человека не заглянешь. Я, например, не вижу разницы. Правда, народу меньше ходило, но приходили и молились истово! Да и храмов было мало. Сейчас в нашем соборе одновременно службы, ранняя и поздняя, - и в нижнем храме, и в верхнем. Думаю, что кто хочет, тот приходит. Конечно, в то время аккуратненько надо было, потому что, если в храме заметят, можно было и работу потерять.

Сейчас любой может войти и пожалуйста – стой и молись. Тут уж действительно добровольно, никто не держит – всё открыто…

- Расскажите о ваших заграничных поездках в составе хора Тульского духовенства…

- В Германию мы ездили в небольшом количестве – октетом, хотя в хоре пело 24 человека. Немецкой стороне было сложновато всех принять.

Там нас с удовольствием слушали и каждый день были концерты – все две недели. Даже интересовались, а где сегодня поёт хор тульского духовенства. Залы были полные. Мы что-то пели на немецком языке, допустим «Многая лета» или «Господи, помилуй». 

Выкачать всё

- Имея за плечами опыт полувекового служения Господу, чтобы пожелали современной молодежи?

- В любом деле важно, тем более в благословенном Богом, учиться. Поэтому пожелать надо, чтобы учились, учились, учились и учили себя! Преподаватель только помогает, а студент должен выкачивать из него всё, что имеет тот на данный момент. Так интересно и профессору, и тому, кто получает сведения. Здесь важен именно личный труд.

Часто мы слышим, как говорят, что имеют высшее образование и больше ничего не надо. Простите, пожалуйста, почему не надо? Век живи, век учись. Ты заложил только фундамент, да ещё нужно посмотреть, каков он этот фундамент. Может он слабоватый, а тебе на этом фундаменте нужно строить здание дальнейшее.

Поэтому пока я дышу, - я живу, а коли живу - я учусь.

Значит, сидишь и сидишь за книжками! Так что желаю, чтобы учились все – неважно, врач, учитель, повар. Тем более священнослужитель – он должен работать, работать и работать, чтобы вопиющему дать ответ. Поэтому пока я дышу, - я живу, а коли живу - я учусь.

- Ваши дети, внуки избрали путь служения Господу?

- Нет. Я не навязываю, потому что человек должен выбирать свой путь сам. Когда войдут в возраст, сами себе занятие по душе выберут…

- Вы счастливый человек?

- Скажу так: «Вельми зело»! По-славянски это значит - очень-очень. Я благодарю Бога за то, что вот так всё сложилось - мамочка довольна, всё окружение довольно, профессор доволен, главное, чтобы профессор был доволен, он ведь много труда положил, чтобы меня обучить… Будучи, как служитель, посредником между алтарем и народом, я если сердцем служу, то и народ молящийся, это сердцем воспринимает. К тебе подходят и благодарят: «Стоим на Богослужении, и слезы льются»... Разве это не счастье?! Счастье! Я благодарю Бога - Господь сподобил меня, недостойного, вот такого моего положения…

Оставить комментарий (0)
Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах