Апрельское утро. К зданию на углу Свободы и Льва Толстого один за другим тянутся люди самых разных национальностей — папа с близнецами-дошколятами, ветхая старушка, мужчина интеллигентного вида.
На первом этаже уже вовсю идёт физкультминутка: пожилые люди разводят руки в стороны и правильно дышат. В этой группе дневного пребывания много русских бабушек. Во дворе возятся малыши из детского сада. А на втором — тишина библиотеки: здесь можно взять биографию Голды Меир, сборник еврейской драматургии или детектив Александры Марининой. Можно зайти в музей, увидеть чудом сохранившиеся свитки Торы конца XIX века и предметы иудейского быта. Всё это — «Хасдэй Нэшама» («Милосердие»). Центру, который давно стал для многих вторым домом, недавно исполнилось 30 лет. Он создавался для иудеев, но открыт каждому, вне зависимости от национальности и вероисповедания. Tula.aif.ru встретился с его создателем и президентом, 86-летней Фаиной Саневич, чтобы поговорить о прошлом, настоящем и будущем еврейской тульской общины.
Тайные молитвы на Московской
Супруги Анатолий и Фаина Саневич приехали в Тулу из Украины в 1965 году. Он — профессиональный полиграфист, она — специалист по нефти. Для обоих еврейские традиции, соблюдавшиеся в семьях, были неотъемлемой частью жизни. И они с удивлением поняли, что в Туле всё иначе. Да, когда-то в губернской столице были и еврейский театр, и три синагоги, хедеры (начальные еврейские духовные школы), но после 30-х годов XX века религиозная и общинная жизнь оказалась под запретом.
«В 1976 году у меня умерла мама. Мы, евреи, не празднуем дни рождения, а годовщину смерти отмечаем. Я хотела заказать специальную молитву, Кадиш, на годовщину её смерти. Стала искать, кто в Туле может её прочитать и вышла на небольшую группу людей, собиравшихся в ветхом частном доме на улице Московской. Всё было очень тайно», — вспоминает Фаина Перецовна.
Всё изменилось в 90-х. Религия возвращалась в жизнь людей, всё чаще в газетах и по телевидению звучали новости о том, что власти вернули православным — храмы, мусульманам — мечети, а иудеям — синагоги, закрытые в годы борьбы с верой.
Все на пенсию, а она — в демиурги
В апреле 1996 года была зарегистрирована благотворительная организация «Хасдэй Нэшама». Сейчас трудно вообразить, как тогда, при отсутствии соцсетей, Фаине Перецовне удавалось найти единоверцев и единомышленников. Список от габая (старосты синагоги) Зукина на 70 человек, случайный разговор в трамвае, бесконечные расспросы — поиски были сложными, долгими. И всем этим Фаина Перецовна занялась в возрасте 55 лет, когда большинство женщин уходили на пенсию и нянчили внуков.
«Первыми людьми, заботу о которых взяла на себя община, стали одинокие пожилые люди. Многие из них были лежачими, и когда мы к ним приходили — в квартиру невозможно было зайти, такой тяжёлый запах там стоял. Кому-то я готовила еду, для кого-то нанимали сиделку», — вспоминает Саневич.
Одним из первых её союзников стал Владимир Фридлиндер, руководитель Тульского военторга. Более 30 лет он занимался не только обеспечением армии, но и строительством: возводил склады, овощехранилище, кондитерский цех, швейную и обувную мастерские, автотранспортное предприятие, завёл подсобное хозяйство по производству мяса и выращиванию овощей. Владимир Израилевич никогда не скрывал своей национальности и был единственным евреем-руководителем за всю историю Главного управления военной торговли в Московском военном округе. Владимир Фридлиндер и Александр Боград, коммерческий директор машиностроительного завода, стали учредителями Центра — и единомышленниками Фаины Перецовны в деле объединения общины. «Мы — твои братья, а ты — наша сестра», — позже признаются оба мужчины, два больших начальника, в своём духовном родстве.
Первым домом для общины стала часть детского сада на Зеленстрое. Здание пустовало, и иудеи получили его в аренду на 10 лет при условии, что отремонтируют всё помещение. Боград помог, предоставив специалистов по ремонту. Он объяснял, как и у кого арендовать строительную технику, как правильно составить смету и обосновать техническое задание. Небольшую финансовую поддержку осуществляла и международная благотворительная организация «Джойнт».
Первыми программами здесь стали «Питание», «Прокат медоборудования», «Уход на дому» и «Клуб золотой возраст». Помощь здесь получали не только евреи, но и все те, кто за ней обращался. Люди тянулись в хесед не только за продовольственными наборами и лекарствами. Лекции, празднования Рош а-Шана, Хануки, Пурима, Песаха — сюда шли за чувством единения.
«У неё ничего не выйдет!»
«Благотворительная организация выделяла нам медицинские изделия, от ходунков и тростей до инвалидных колясок. Одними из первых волонтёров были детский врач Елена Лейви, которая вырастила не одно поколение здоровых малышей самых разных национальностей Привокзального района Тулы, и инженер Полина Лапскер», — вспоминает первые шаги Фаина Перецовна.
Росло количество волонтёров общины, рос круг тех, кому оказывалась помощь, повышалось качество услуг.
«Но мы почти сразу понимали: 10 лет пройдут быстро, аренда закончится, а нам нужен постоянный дом», — вспоминает Фаина Перецовна.
Она долго искала вариант, рассматривались заброшенные здания и недострои. Но ничего подходящего долго не попадалось. Пока Софья Люблина, знакомая Саневич, не обратила её внимание на ветхое здание на углу Свободы и Льва Толстого.
«Я ей говорю: „Кто же мне его отдаст?“ А она: „А ты спроси, за спрос денег не берут!“. И мне действительно удалось его получить! Подписав моё заявление, глава Советского района сказала своему секретарю: „Всё равно у неё ничего не выйдет!“», — смеётся Саневич.
И проблем действительно впереди было много. Надо было расселить четыре семьи, живших в доме. Надо было установить строительное ограждение — а подрядчик оценил его в 15 тысяч долларов, при том, что денег в общине не было совсем. Надо было поменять правовой статус строения и разобрать его.
Но всё устроилось: забор помог построить Боград из бывшего в употреблении металла. Благотворительная организация выделила 5 тысяч долларов на проект. Семьи были расселены, а дом разобран по брёвнышкам буквально за неделю. И за несколько месяцев до окончания срока аренды здания на Зеленстрое новый дом хеседа открылся.
Продолжая себя в детях, внуках и правнуках
«Я сразу понимала, что прививать традиции, заниматься воспитанием надо с детства. И мы тогда создали детский сад. Когда первые воспитанники подросли, мы поняли, что разбрасывать их по разным школам не годится, и в 2000 году создали начальную школу. Первые классы были небольшими, 14–15 человек. Сегодня в хеседе есть общеобразовательная школа на 11 классов, расположенная в капитально отреставрированном Доме губернатора», — рассказывает Фаина Перецовна.
Более 10 лет существует в хеседе музей, в ноябре 2025 года он победил в IV Всероссийском конкурсе «Виртуальный тур по многонациональной России».
В 2020 году она тяжело перенесла ковид, но каждый будний день её можно застать в рабочем кабинете. Или в школе. Или на стройке — по соседству идёт переоборудование здания под гостевой дом с кошерной кухней для туристов-иудеев.
«В 2020 году ушли из жизни мои ближайшие друзья — Владимир Фридлиндер и Александр Боград. Без них и без моего супруга я чувствую себя очень одинокой. Но надо запустить наш гостевой дом — он нужен людям, меня просят. Ещё очень хочется издать книгу о создании нашей школы. И жить очень хочется. У меня два замечательных сына, четыре внука и четыре правнука», — завершает беседу Фаина Перецовна перечислением своего главного богатства.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
