В сентябре нас ждут выборы в Государственную Думу РФ, довыборы в областную и тульскую городскую Думы, на некоторых муниципальных участках. От выборов к выборам избирательная система развивается, нам предлагают разные интересные нововведения. Вспомним хотя бы именные избирательные участки. Об этом мы поговорили с председателем избирательной комиссии Тульской области Павлом Веселовым.
Мифы и стереотипы
Сергей Гусев, tula.aif.ru: Павел Юрьевич, сейчас очень популярны всевозможные экскурсии по производству. В закулисье выборов что бы вы показали?
Павел Веселов: Закулисье звучит не совсем корректно, а экскурсии на избирательные участки — странно. Вообще законом запрещено даже нахождение в дни голосования на избирательных участках лиц, которые не участвуют в их проведении и организации. То есть членов комиссии, а также наблюдателей и представителей СМИ. Не в дни голосования на участках нет никого — это просто помещения учебных заведений, организаций и учреждений. Хотя в конце прошлого года участники региональной программы «Герой71» получили уникальную возможность — они были именно на экскурсии в самой Центральной избирательной комиссии в Москве, где наши старшие коллеги рассказывали, как всё устроено. В том числе побывали с сопровождающим в аппаратной системы ГАС «Выборы». Но это было не в предвыборный период.
— Ну, хорошо, пусть это будет виртуальная экскурсия.
— Я бы в реальности давал возможность провести день на избирательном участке молодым людям. Конечно, это у меня уже профдеформация, но, будь моя воля, обязывал бы молодых людей хотя бы один раз принять участие в работе на избирательном участке. Увидеть, как действительно проходит голосование и убедиться, как много мифов и стереотипов вокруг выборов. Кстати, на самом деле такая возможность есть у каждого — достаточно принять участие в выборах в качестве наблюдателя от партии, кандидата или Общественной палаты.
— То есть никаких планов по явке или количеству голосов у вас нет?
— Задумайтесь сами, что только в Тульской области организовывать процедуру голосования будут 10 600 человек. Всем им дать некую команду, и чтобы никому они потом ни о чём не рассказали — это просто нереально. Так рассуждать могут только люди, никогда не работавшие в выборной системе.
— Но берутся же откуда-то все эти путаницы — кто-то есть в списках избирателей, кого-то нет. Потом появляются домыслы.
— Давайте разберём конкретно ситуацию со списками избирателей. С момента, когда человеку вручают паспорт, всё, что с ним происходит — смена документов, смена регистрации, смена фамилии и т.д. отображается в базе данных ГАС «Выборы». Соответственно, информацию вносят очень разные органы: МВД, загсы, органы, осуществляющие воинский учёт, суды, главы местных администраций. На любом этапе пересылки этой информации неизбежен человеческий фактор — можно ошибиться, например, с точным указанием адреса, написанием фамилии. В Тульской области такие накладки, иначе их не назвать, единичны. В своевременном выявлении и устранении этих неточностей большая заслуга сотрудников Информационного центра избирательной комиссии Тульской области. Мы можем только гордиться качеством нашей базы данных.
— Условно, если кто-то вышел замуж и недавно поменял фамилию, он реально может себя не обнаружить в списках?
— Если избиратель сменил фамилию или по другой причине не нашёл себя в списках на участке — никто не запретит ему проголосовать. Он показывает паспорт с регистрацией по адресу, относящемуся к этой участковой комиссии, и его вносят в дополнительный список.
Прыжок в прорубь
— Лично у вас в качестве председателя регионального избиркома 20 сентября какие по счёту будут выборы?
— Если считать с 2018-го года выборы различного уровня, получится, что цифра перевалит далеко за сотню.
— Нагрузка с каждым годом увеличивается?
— Знаете, это как готовка. Вроде всё одинаково — почистить, порезать, сварить, подать к столу. Но всё-таки у разных блюд есть нюансы, к тому же их становится всё больше. На моей памяти самым большим и важным нововведением был механизм «Мобильный избиратель», когда голосование по местонахождению стало действительно простым и удобным механизмом.
— А как же дистанционное электронное голосование? За ним скорее всего и будущее.
— Дистанционное голосование впервые в стране появилось в 2019 году. В нашей области мы применяли ДЭГ в качестве эксперимента на выборах 2023 года в Щёкине и Первомайском. Безусловно, за этим будущее. Но на ближайших выборах дистанционное голосование будет применяться только в 33 регионах России.
Застрельщиком ДЭГа стала Москва, имеющая и финансовые возможности, и специалистов. Для этого был принят закон об эксперименте с дистанционным электронным голосованием. В столице за свой счёт создали первый в России портал для дистанционного электронного голосования. Впоследствии, и с учётом этого опыта, уже ЦИК России разрабатывал свою систему ДЭГ, доступную всем субъектам РФ. Юридически и сегодня любой регион страны может сделать свою систему, но она должна пройти лицензирование. Это, конечно, очень накладно. После того, как ДЭГ стало фактом и доступно для регионов страны, многие, образно выражаясь, словно собрались около проруби и задавались вопросом — стоит ли в это залезать и пробовать?
— Это реально страшно?
— С некоторым преувеличением, но сопоставимо с полётом в космос. В этом смысле ЦИК очень грамотно и корректно действует. Он даёт возможность. Хотите — пользуйтесь. Как только некоторые политические партии увидели, что при дистанционном голосовании результат не хуже, перестали выступать против. Причем это касается и тех партий, про которые думают, что за них голосует старшая возрастная группа. Среди тех, кто голосует дистанционно, оказался и их электорат. С другой стороны, чему удивляться? Уже давно все пенсионеры с мобильными телефонами и большинство из них активные пользователи интернета.
— Многодневное голосование — революционное изменение?
— Впервые оно проводилось в 2020 году в связи с ковидом, потом вошло в обиход. Конечно, это существенно увеличивает нагрузку на избиркомы. Образно говоря, это не одни выборы, а трое выборов подряд. Зато повышает явку избирателей. Многодневное голосование привнесло сейфы и сейф-пакеты, пришедшие из бизнес-оборота. Это такой полиэтиленовый пакет, который применяется при пересылке документов, а сейчас для хранения избирательных бюллетеней проголосовавших в первые два дня избирателей.
Он запечатывается индикаторной лентой, которую можно вскрыть только раз, и хранится в сейфе, постоянно находящемся в поле зрения видеокамеры, если участок оборудован видеонаблюдением. К сейфовым пакетам составляются акты, ставятся подписи наблюдателей на участке, при вскрытии— всё ещё раз проверяется и сличается. В организационном плане выборы на участках давно перестали быть просто выдачей бюллетеней избирателям и их подсчётом в конце дня.
Нюансов много
— Вы сказали, что в организации выборов примут участие 10 600 человек. Вы себя директором крупного завода в этот момент ощущаете?
— Мне кажется, сейчас таких предприятий, где работают по десять тысяч человек, немного осталось. Директором завода себя не ощущаю, но ... очень сильно понимаю руководителей крупных предприятий.
— У вас есть ведь с чем сравнивать. Недавно вы побывали с группой российских наблюдателей на выборах в Армении.
— В Армении выборную процедуру сильно замудрили. Сколько партий — столько бюллетеней. На этих выборах их было девятнадцать. Списки избирателей готовит МВД. Они потом зашиты в специальном электронном устройстве на избирательном участке. Человек пришёл, предъявил паспорт, потом приложил к сканирующему устройству палец — его таким образом идентифицировали. В определённые часы дня это даже создаёт очереди из избирателей на участках. Если избиратель есть в списках на участке, на устройстве загорается зелёная лампочка. Жёлтая — он в списках, но не на этом участке. Красная, соответственно, его нет в списках. Потом член комиссии выдаёт пачку бюллетеней.
Избиратель выбирает один, той партии за кого он хочет проголосовать. Кладёт его в конверт с вырезанным углом, куда член комиссии наклеивает марку. Все остальные бюллетени избиратель выбрасывает в мешок около урны. Когда начинается подсчёт бюллетеней, председатель участковой избирательной комиссии по одному достаёт эти конверты, показывает комиссии, осматривает, произносит стандартную фразу о том, что целостность сохранена, марка в наличии, в конверте находится один бюллетень. Затем по стопочкам это всё раскладывается. И там ещё очень много других нюансов, не предусмотренных у нас.
У многих наших сограждан ошибочное представление, будто во всем мире люди голосуют приблизительно одинаково. На самом деле нет. То, что обычно попадает в кадр репортажа, — это внешняя составляющая. Где-то, например, партии, которые выставили кандидатов не во всех одномандатных округах, за свой счёт компенсируют изготовление бюллетеней.
В Греции, и не только в ней, даже есть штрафы для избирателя за то, что не принял участие в выборах. Вплоть до тюремного ареста. Вопрос, конечно, строгого исполнения этого законодательства; тем не менее, в законе это прописано. Таких нюансов очень много. При этом мы в Армении много ездили по разным участкам, я не видел конфликтов на тему зачем же вы такую сложную систему устроили. Потому что там для избирателей это всё привычно и они, наверное, сильно удивятся, когда узнают, что в других странах процедура голосования организованна совсем иначе.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
