Примерное время чтения: 9 минут
569

Штучный товар. Денис Кораблёв о работе диджея в Туле и «пустых» ведущих

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 3. "АиФ-Тула" 18/01/2023
«Мы чувствовали себя рок-звёздами. Несмотря на то, что были скрыты от глаз слушателей, они каким-то образом умудрялись нас иногда узнавать на улице и даже просить автографы».
«Мы чувствовали себя рок-звёздами. Несмотря на то, что были скрыты от глаз слушателей, они каким-то образом умудрялись нас иногда узнавать на улице и даже просить автографы». / Кирилл Романов / АиФ

Один из первопроходцев тульского ФМ-вещания Денис Архангельский (Кораблёв) готовится к 50-летнему юбилею.  А про радио говорит, что даже не слушает вообще. Мол, неинтересно. Но радийное прошлое вспоминает как замечательное время в своей жизни.

Звонок Севе Новгородцеву

Олег Бондарь, «АиФ в Туле»: Денис, с чего началось твоё увлечение радио?

Денис Кораблев: С Африки. В начале 80-х наша семья два года жила в Алжире, где папа преподавал в университете, а я учился в школе со второго по третий класс. Там же и был принят в пионеры. А когда умер Брежнев, оказался в числе тех, кому доверили стоять в карауле у портрета Леонида Ильича. Это было спустя всего неделю как мне повязали галстук и я ещё не запомнил какой рукой отдавать салют. Мальчик, которого подвели с правой стороны портрета, отдавал салют правой, и я подумал: «Ага, значит, если я сейчас с левой стороны отдам салют рукой левой, то у нас получится «домик» и будет красиво». Так и сделал. Потом из-за этого был скандал и нас чуть не отправили обратно в СССР.

Так вот о радио. Там у нас был приёмник, и мы часто слушали советские радиостанции. В основном новости. Так большой прибор, на котором горят огонёчки и за ручку которого можно вертеть в поисках радиостанций меня и заинтересовал.

Вернувшись в союз продолжал слушать радио, но уже запрещённые в стране западные станции. Так делали многие в то время. Но я слушал в первую очередь из-за музыки. Всё остальное, связанное с публицистикой, мне как школьнику было непонятно.

Досье
Денис Архангельский (творческий псевдоним - Денис Кораблёв). Родился 18 марта 1973 года в Туле. Учился в музыкальном училище и экономическом вузе. Окончил ТулГУ. Играл в джазовом оркестре Дворца пионеров. Был участником тульских рок, хиппи, панк групп. Один из первых диджеев в тульском FM-диапазоне. Работал на радиостанциях «Визави», «ВОТ-радио» и «Эхо Тулы». В настоящее время - технический директор творческого индустриального кластера «Октава». Разведён. Есть взрослый сын.

- Но потом тебе довелось лично пообщаться с легендарным Севой Новгородцевым...

- Да, и он сказал мне, что я дурак. Правда, не буквально так произнёс, но дал понять, что имеет это в виду. А звонил ему в бытность своей работы на «ВОТ-радио» в дни празднования юбилея станции, тогда включение Севиных передач было в нашем формате. Когда услышал в трубке его голос, сказал: «Отправляю музыкальный привет на туманный Альбион с родины пряников и самоваров». На что он мягко так и интеллигентно ответил: «Молодой человек, миф о том, что Альбион туманный, развеян давно. Альбион совсем не в тумане был, а в дымке от печек, которые англичане топили когда-то чем угодно». Не знаю почему, но в тот момент я как-то особенно остро ощутил, что он профессионал высочайшего уровня.

Пока руководство спит

- А как ты стал профессиональным диджеем?

- Совершенно случайно. Сработало шапочное знакомство с одним из организаторов радио «Визави». Тогда в 1996 году его только собирались открывать. И меня позвали. Интересное было время - никто не понимал, как надо делать радио в ФМ-диапазоне, но всем очень этого хотелось. 

«ВОТ-радио» на тот момент уже полтора года вещало, но выключалось в час ночи, а включалось в семь утра. А у «Визави» было такое соглашение, что выключаться было нельзя и нужно было эфирить круглосуточно, нам же - ломать голову над тем, чем заполнять время. А так как ночью радио мало кто слушает, решили немного поэкспериментировать и ставить всякую альтернативную музыку, тем более что к тому времени рок уже был в общем-то не интересен, он уходил, а куда в плане музыки двигаться дальше было непонятно. 

«А потом мне предложили провести эфир, но предупредили: ничего говорить нельзя».

Постепенно у нас набралась неплохая база, благодаря в том числе и помощи столичных коллег. И на тот момент по объёму музыки мы были по сути второй после Москвы станцией. которая вещала техно, трип-хоп, IDM. Этим можно гордиться. Программа называлась «Суперзвуки 90-х».

- Как же руководство радиостанции реагировало на ночные эксперименты?

- Оно спало. Нет, гендиректор конечно же было в курсе, но никаких вопросов у него не возникало. Да и с чего бы? Проект есть не просил, что-то там вещалось и все были довольны.

Проработав таким образом год, я понял, что на радио люблю прежде всего музыку, а «Визави» постоянно клонило в сторону каких-то подтекстов, радиоспектаклей и так далее. Музыка при этом была неинтересная. Но рядом было «ВОТ-радио», которое реально гоняло фирму. И я понял, что если есть в Туле люди с хорошим музыкальным вкусом, то они оттуда. Но когда попросился к ним на работу, меня не взяли. Сказали, что не устраивает манера ведения. Но на это нельзя было обижаться, потому что эти разговоры были честные и откровенные. Мне просто объясняли, что они хотят чего-то другого.

А потом кто-то заболел и мне предложили провести эфир, но предупредили: ничего говорить нельзя. А под конец моего эфира приехал директор и сказал, что у меня лучшая музыка... Так я и зашёл в эфиры «ВОТ-радио» - не через говорильню, а через музыку. Тогда ведь плейлистов не было и каждый ведущий подбирал к эфиру композиции на свой вкус. В этом смысле всё было индивидуально.

Плейлисты у нас появились к концу девяностых и мы стали учиться их составлять с учётом разных радийных премудростей. Многое давало и общение с московскими коллегами в плане понимания, как это всё делается и простраивается.  

- А как заговорил в эфире?

- Кто-то со временем обратил внимание на тембр моего голоса и посчитал, что по звонкости он вполне может подойти под утренние эфиры. Предложение было услышано и мне наконец-то разрешили открывать рот. Так я и проработал «на утре» три года, заявляясь на работу каждый будний день к семи ноль-ноль.

Параллельно умудрялся ещё и в Москву ездить, где вёл эфиры на радио «Деловая волна». Но это скорее из-за денег. Потом понял, что физически не тяну и сосредоточился только на работе в Туле. 

Шоу НЕ продолжается

- Значение «ВОТ-радио» для Тулы велико?

- Думаю, что да. Ведь оно было первым. Больше никто такую музыку не крутил. Позже, когда редактор стал заниматься плейлистом, формат станции несколько умягчился, чтобы расширить аудиторию, но откровенного «шлака» не было вообще. Считаю, что «ВОТ-радио» имело уникальный музыкальный контент. И от причастности к этому делу всегда было и есть какое-то праздничное ощущение. Уровень станции был не провинциальный ни разу, и у нас многое получалось с неким столичным оттенком. Да, мы откровенно многие идеи просто воровали с Запада, потом переделывали под себя и так далее. Но это и есть творчество. 

- Радиостанций сегодня развелось много. Нет ощущения, что от этого они стали проще, а ведущие - примитивнее?

- Радиодиджей - понятие штучное. Сопровождая музыку он вправе высказывать своё личностное мнение. Этим он и интересен. Главное - не переборщить, чтобы не перегружать слушателя собой. Важно помнить, что музыкальный эфир никто специально не садится и не слушает, подперев голову руками. Это просто фон, когда люди занимаются чем-то своим, а слушают как бы между делом. И диджей должен создавать некую магию этого фона.

В этом смысле никогда бы не вёл «час приветов и поздравлений». И не хотел бы. Вот как я могу создать магию, когда должен поставить Тане или Мане, наверняка хорошим девочкам, какую-то их любимую песню, которая для меня не существует как таковая в принципе. Это вне моего понимания.  

А порою на заре вещания час поздравлений вообще превращался в час оскорблений. Это когда звонили ребята с криминальным оттенком и если что не по ним было, то сыпались угрозы и обещания, что чуть ли не автоматчики приедут разбираться.  

По большому счёту я уже вообще не вижу смысла в радиовещании. Его сегодня убил интернет. Радио перестало меня интересовать полностью, я его не слушаю и оно мне не нужно. Радио строится на информации - музыкальной, новостной, а также о времени, погоде и так далее. А откуда люди на радио берут эту информацию? Из интернета. Так я могу и сам всё узнать, без посредников. Конечно есть ещё и разговорные радиостанции, где проводятся различные беседы, приглашаются гости, берутся интервью и всё это с авторской аналитикой. Но я как-то не очень доверяю этим людям. Может быть потому, что изнутри знаю, как это всё делается.

- То есть с радио сейчас всё плохо?

- В 90-х, когда ФМ только начиналось, на радио (говорю сейчас не о себе) работали как правило какие-то личности. Люди шли своим путём, они его прокладывали сами. И в этом была особая ценность полученного опыта. Тогда этому никто не учил, а сейчас появились школы, и как следствие -  диджеи, работающие по сути по методичке. Не хватает личностного содержания. Но, наверное, сейчас и задач таких уже никто не ставит.  

- Каково оно - быть среди первопроходцев FM-вещания?

- Мы чувствовали себя тогда рок-звёздами. Несмотря на то, что были скрыты от глаз слушателей, они каким-то образом умудрялись нас иногда узнавать на улице и даже просить автографы. Это были какие-то нелепые и никому не нужные ситуации. Да, определённая популярность была, но, думаю, всё же незаслуженная. Сейчас уже кажется, что эти товарищи несколько преувеличивали наше значение. Хотя спустя годы приходилось встречать людей, которые в своё время начали слушать качественную музыку - хорошую и сложную, потому что когда-то её предлагали мы.  

- Чего в работе радиоведущего не приемлешь категорически?

- Когда люди не понимают большого смысла, а уже лезут в подсмыслы и при этом пытаются о чём-то там рассуждать.

 

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах