Тульский академический театр драмы открыл новый сезон премьерой спектакля «Нужные люди, или Балалайкин и Ко» (16+) по пьесе С. Михалкова и роману М. Салтыкова-Щедрина. Получилось ярко, задорно и многообещающе. Впереди ведь большой, юбилейный театральный год. Подробнее — в материале tula.aif.ru.
Премудрые пескари
Вообще-то, соавторство Салтыкова-Щедрина и Сергея Михалкова, наверное, надо считать случайным совпадением. В реальности же его не было, хотя очень даже могло быть. Как мог переиначить текст сатирика-классика Герой Социалистического Труда Сергей Владимирович Михалков мы теперь знаем. Но ведь и Салтыков (Щедрин), поставив точку в очередной истории про то, как один мужик двух генералов прокормил, вполне мог вслед за знаменитым советским баснописцем воскликнуть: «А сало русское едят!» Такая язвительность вполне в его духе.
Конечно, что при жизни Салтыкова-Щедрина, что при долгой жизни Сергея Михалкова, что сейчас многие шутки и аллюзии выглядят весьма рискованными и острыми. Но разве кто-то из авторов-соавторов пьесы в этом виноват? Жизнь, сама жизнь убеждает нас, что история человечества бежит по кругу. Как сказал другой классик, не имеющий отношения к данной пьесе, современные люди напоминают прежних, всё так же любят деньги.
Поэтому новый спектакль тульской драмы будет пользоваться успехом. Всегда приятно вдоволь посмеяться над происходящим, подумать, что герои пьесы очень даже напоминают не тебя самого, а знакомых или известных персонажей современности. Заодно ощутить подзабытое уже ощущение фиги в кармане. Теперь как-то принято всё и обо всём говорить в лоб, без всяких там подтекстов, а когда-то без этого ни один спектакль не стал бы модным или популярным. В этом смысле спектакль уже хорош, поскольку заставляет именно думать и фантазировать по ходу действия.
В центре сюжета — история двух премудрых пескарей, воспользовавшихся советом Алексея Степановича Молчалина погодить на всякий случай. Того самого Молчалина, из пьесы «Горе от ума», только постаревшего. Салтыков-Щедрин уж на что сам был горазд выдумывать человеческие типы, но тут воспользовался грибоедовским изобретением. Вообще удивительно, как девятнадцатый век оказался щедр на героев-символов — Молчалин, Хлестаков, Базаров, Раскольников, Обломов. Что ни фамилия — человеческий архетип. Насколько мы сейчас в долгу перед той великой литературой, что сами не можем придумать ничего нового.
Оба они — Рассказчик (Алексей Чуков), который запросто общается на улице с Молчалиным (Илья Сидельников) и Глумов (Андрей Сидоренко) начинают старательно годить, то есть выжидать, не спешить с решением. Правда, по ходу пьесы не складывается впечатления, что они вообще могут с чем-то и куда-то спешить. Не зря же и сам Молчалин у Грибоедова говорил, что по службе ему помогают продвигаться умеренность и аккуратность. Годил, выходит.
Дураки вы или умные
Интересно, что фамилия Глумов получилась всего лишь путём замены одной буквы в названии города Глупова, о котором писал Салтыков-Щедрин. Можно сказать, это персонаж всё той же «Истории одного города».
Рассказчик недоумевает:
— Мы же либералы... Что он нам доказать-то хочет?
— А я посмотрю, дураки вы или умные... Если умные, сами до всего дойдёте. По правде говоря, и нет нужды в объяснении. Сказано: погоди, — ну и годи, — поясняет слова Молчалина дружище Глумов.
В общем, любимое занятие многих во все времена — полунамёки, полувзгляды, интерпретации. И кто его знает, чего он моргает.
— Ем, сплю, гуляю, папироски набиваю, пасьянс раскладываю — и гожу! — говорит Глумов.
Хотя ещё недавно восторгался упразднением крепостного права, введением земских учреждений и опубликованием новых судебных уставов. В общем, был либерал из либералов. Или, как стали говорить чуть позже, прогрессист. Но в мудрёное время и невинный за виноватого сойдёт. Поэтому живи в своё удовольствие! Надоест есть — пей! Надоест пить — дамочки есть! День прошёл — и слава богу! Только годи.
Если у вас дух перехватило от остроты шутки, вспомните, что написана она была до нас, в девятнадцатом веке. В крайнем случае в двадцатом. Но точно не сейчас. Поэтому погодите с выводами. Хотя классики зря не скажут и не напишут.
Далее у режиссёра-постановщика спектакля Владимира Герасимова появляется возможность творить вместе с актёрами настоящие шедеврики. На второй день премьеры, в воскресенье, после спектакля прошло чествование заслуженного артиста России Валерия Жукова в связи с его 85-летним юбилеем. Полицейский дипломат, как он обозначен у автора пьесы, Кшепшицюльский Валерия Жукова, появляясь в начале спектакля, окончательно задаёт настроение всему спектаклю — будет что-то необычное, смешное, где-то даже на грани актёрского капустника. И, в общем-то, для актёрских бенефисов можно использовать этот спектакль и дальше. Есть, где развернуться.
Квартальный надзиратель Иван Тимофеевич в исполнении Виктора Ананьина, брандмейстер Молодкин — Николай Бутенин, письмоводитель Пруденков — Дмитрий Чепушканов, содержанка Фаинушка — Инна Медведева. Прекрасен странствующий полководец Редедя в исполнении Геннадия Вершинина. Очень он согласен с определением годящего, то есть в данном случае пытающегося всем угодить Глумова, что если есть потребность в полководцах, то должны же отыскаться и средства для удовлетворения этой потребности
— Учредите международную корпорацию странствующих полководцев, и дело в шляпе, — продолжает его мысль Редедя.
Но только надо ограничить число полководцев — человек пять-шесть, не больше. Но чтоб они всегда были готовы. Понадобился кому полководец — выбирай любого. А не выбрал, понадеялся на своего, доморощенного, не прогневайся!
В спектакле целый калейдоскоп характеров и актёрских находок. Некоторые персонажи вообще оказываются с узнаваемой сейчас биографией. Бывший тапер в доме терпимости Очищенный (Вячеслав Федотов) становится вольнонаёмным редактором газеты. Кажется, мы что-то такое видели по телевизору. Или в интернете. Ну, может, просто слышали, но слышали точно. Преуспевающий адвокат Балалайкин (эту роль в очередь играют Григорий Болдырев, Арсений Локтионов, Илья Сидельников) вообще готов продаться за любые деньги, но лучше побольше, чтобы сочетаться фиктивным браком с Фаинушкой. При том, что уже женат и имеет кучу детей.
«Нам нужны подобрее Щедрины, и такие Гоголи, чтобы нас не трогали», — гласила известная советская эпиграмма. В этом спектакле так не получилось. Тронули, и достаточно безжалостно.
Подписывайтесь на АиФ в  MAX
|
