Примерное время чтения: 8 минут
166

«Что это за странный язык?». Музыкант о театральных экспериментах и рэпе

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 42. "АиФ-Тула" 20/10/2021
Кирилл Романов / АиФ

Заведующая музыкальной частью Тульского академического театра драмы Лариса Козлова в плане профессии человек беспокойный и не считает нужным ограничивать себя в творчестве.

Откуда диссонанс?

Олег Бондарь, «АиФ в Туле»: Лариса Евгеньевна, почему вы, будучи завмузом, вдруг стали ещё и режиссёром?

Лариса Козлова: Нет профессии «заведующий музыкальной частью», это должность. Но я отнеслась к ней изначально именно как к профессии, потому что музыка в спектакле - это ещё одно действующее лицо, а не просто фон или так называемые «костыли», когда актёр толком ничего не может сыграть и эти недоделки пытаются заменять музыкальными темами. Нет, я за полноправное сосуществование в спектакле музыки и актёров.

Фото: АиФ/ Кирилл Романов

Например, мне интересно в душераздирающих грустных сценах ставить весёлую музыку или наоборот, и вызывать тем самым у зрителя ощущение диссонанса. А ещё беру какую-нибудь тему и начинаю её «уродовать». То есть, сохраняя основную тему, вытаскивать из неё какие-то акценты и сама уже сочинять на их основе своё, но при этом не разрушать целостность первоисточника. 

В одном из спектаклей я в качестве аккомпаниатора, как акын отталкиваюсь от действия актёров, а они - от моих музыкальных импровизаций, которые рождаются тут же. И никакой договорённости заранее. Попроси меня потом повторить - не повторю. Будет уже по-другому. То есть, происходит следование самому принципу театра - живое сиюминутное творчество на глазах у публики.

Так, работая со многими режиссёрами, увлекалась репетиционным процессом, открывала что-то для себя и невольно подсказывала им какие-то нюансы в решении тех или иных сцен. А потом вдруг задумалась: а чего это я такая щедрая и не ставлю спектакли сама? Интерес к этой профессии в сочетании с уже неким опытом и привёл меня однажды на режиссёрский факультет Щукинского театрального училища. 

Досье
Лариса Козлова. Родилась 23 мая 1957 года в Туле. После окончания Тульского музыкального училища им. А.С. Даргомыжского с 1978 года работает заведующим музыкальной частью в Тульском академическом театре драмы. В 1993-м окончила режиссёрский факультет Высшего театрального училища им. Б.В. Щукина. В 2011-м получила звание заслуженного работника культуры России. Занимается музыкальным оформлением всех выпускаемых в драмтеатре спектаклей, пишет музыку, осуществляет постановки в качестве режиссёра, в том числе и в других театрах. Ведёт педагогическую деятельность по сценической речи.

Сколько в человеке зверя?

- Как оказались на постановке в Тульском ТЮЗе?

- С Тульским театром юного зрителя сотрудничаю с 2003 года. Время от времени меня приглашают туда как режиссёра, также пишу к спектаклям музыку и стихи. После очередного предложения худрука ТЮЗа Владимира Шинкарёва начала работу над спектаклем «Маугли». При этом, не найдя готовой инсценировки, написала свою версию по «Книге джунглей» Редьярда Киплинга.

Для начала решила проследить внутренний путь Киплинга и понять, как у него вообще возникла идея написания истории о Маугли. Оказалось, что изначально писатель пошёл по пути изучения древнеиндийского эпоса и философии, куда за ним отправилась и я. Правда, зашла не столь далеко, как он, но ключевую фразу, ставшей для меня эпиграфом к работе над «Маугли», всё же нашла: «Сбросив кожу, влезть в неё не сможешь». Меня заинтересовал в этой истории один аспект - сколько в человеке зверя, а в звере человека? Пьеса получилась недлинной. Но раз это мюзикл, то, соответственно, в спектакле много музыки, в частности зонгов (вид баллады – прим. ред.).

Не могу согласиться с примитивом – душа не позволяет.​

- Нет ли опасения, что при постановке в театре произведений, которые уже широко известны по фильмам, зритель будет невольно сравнивать и критиковать?

- Отвечу на примере питерского театра «Мастерская», в котором работает мой сын - актёр Евгений Шумейко. В репертуаре театра есть спектакль «Старший сын» по пьесе Вампилова. В результате материал преподнесли под совершенно другим углом. Ни в коем случае актёры не отталкиваются от фильма. Там история вообще про другое. После их гастролей в Москве в одном из отзывов прочла: «Шла на спектакль и думала: ну чем ещё можно удивить после такого легендарного фильма? Но после десяти секунд просмотра забыла обо всём и полностью увлеклась предложенной театром версией». То есть, нет абсолютно никаких параллелей. И что касается «Маугли», то я не «корёжу» автора, не придумываю чего-то сверхъестественного и не устраиваю соревнования с известными экранизациями, а просто делаю свой спектакль.

Какой вкус у молодёжи?

- Что скажете о музыкальных предпочтениях современной молодёжи?

- Как-то меня пригласили в хореографическую студию подкорректировать по актёрскому мастерству исполнительницу одного из номеров для участия в каком-то конкурсе. После того, как девочка мне всё станцевала, я спросила, а понимает ли она смысл или хотя бы перевод песни, под которую собирается выступать? Девушка крайне удивилась, и уже к удивлению моему ответила, что это поётся на русском. Тут мне стало не по себе, ведь я не поняла ни одного слова, и ещё подумала, когда слушала: что это за странный язык? Это я к тому, что единственное, с чем не могу согласиться, так это с примитивом - душа не позволяет. Нельзя называть такое песней, а музыкой то, что исполняется с использованием четырёх аккордов, а то и одного. Приемлю все музыкальные направления и жанры, но только если это талантливо.

Фото: АиФ/ Кирилл Романов

- И к рэпу благосклонно относитесь?

- Не то слово. Он мне даже нравится. Но говорю не о текстах, некоторые из которых оставляют желать лучшего, а о самом принципе изложения себя - очень точном, и о мелодике. Для меня рэп - это парадокс, когда сочетание несочетаемого рождает свежие эмоции и заставляет вздрогнуть. Рэп способен удивлять, а это один из главных признаков настоящего искусства.

- Ваши музыкальные вкусы с течением времени изменяются?

- Казалось бы, с возрастом человек должен углубляться, отсекать что-то временное и так далее. А у меня происходит наоборот - в плане музыкальных предпочтений юность была какая-то более серьёзной, нежели сейчас. Нынче всё больше тянет в сторону облегчения, импровизации. К примеру, фанаткой джаза не была никогда, он меня интересовал лишь теоретически, а теперь замечаю, что мои руки сами его играют. Я бы сказала, что музыкальные вкусы с течением времени не изменяются, а дополняются. И это совершенно естественно, особенно если музыка является частью профессии. Неизменным остаётся отношение к некоторым произведениям. Например, к сборнику «Мимолётности» Сергея Прокофьева или к творениям Клода Дебюсси. Всегда для меня был и остаётся глыбой Бах, причём не органный, а симфонический. 

Тянет в сторону облегчения, импровизации.

- Как объяснить то, что некоторые серьёзные люди слушают несерьёзную музыку?

- Это почти необъяснимо. Иногда случается, что человек устаёт от самого себя, и ему необходимо сбросить какой-то накопившийся психологический груз. Тогда казалось бы несвойственная этому индивидууму музыка и приходит на помощь. 

Бывает, что просто увлекает ритм и помогает восстановить внутренние силы, перезагрузиться. В этом случае текст даже не важен. Это как зарубежные песни, текста которых мы не понимаем, но всё равно продолжаем напевать и бормотать «дискотеку 80-х», потому что нравится и всё. И человек не даёт себе в этом отчёта. Это что-то из области непостижимого, когда то, что одному кажется банальным, другого сводит с ума. Здесь срабатывают какие-то индивидуальные особенности каждого. Современные хиты от Поленова

- Во время постановки оперы Василия Поленова «Призраки Эллады» вы сделали открытие….

- Чудом уцелевший нотный стан «Призраков Эллады» мне передала ныне покойная Наталья Николаевна Грамолина — жена внука Василия Дмитриевича Поленова. Опера по пьесе Саввы Мамонтова была написана в начале 20 века. До меня эту музыку никто не трогал, а сама сценическая история произведения крайне бедна - опера показана лишь несколько раз, и то лишь в те времена. Так вот, занимаясь расшифровкой нотного стана, я вдруг обнаружила знакомые мелодии: что-то из нынешних творений Игоря Крутого, что-то из репертуара группы «Аквариум» и так далее. Это к вопросу о плагиате. Видимо, нынешние «авторы» этих мелодий хорошо учились в музыкальных учреждениях и наслушались никому не известной музыки Поленова, которая им понравилась.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах