aif.ru counter
58

Любовь Козачук: «Усыновление - это очень больной вопрос для страны»

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 6. АиФ-Тула 06/02/2013

Любовь КОЗАЧУК ни минуты не раздумывала, когда решила усыновить сына двоюродного брата, а потом и его дочку. Она не считает, что совершила что-то особенное, потому что всегда хотела иметь детей и внуков, а её родная дочь умерла совсем крошечной.

Всё против человека

Л.К.: - Я не героиня, вы меня такой не делайте, - просит она. - Когда в 1989 году в Баку, где мы все жили, пропала жена моего кузена Виктора, я сразу забрала к себе годовалового Сашу. А брат женился во второй раз. Когда его первая жена нашлась спустя годы, у неё тоже была другая семья и другие дети. Чтобы усыновить Сашу официально, мне пришлось пройти все круги ада. Органы опеки Азербайджана вставляли палки в колёса, я обратилась в Детский фонд имени Ленина, они обещали посодействовать. Но страшные события в Баку заставили меня бежать с Сашей в Россию. Поселились мы в Саратовской области, получили статус беженцев и через несколько лет я смогла наконец официально стать мамой мальчика. Когда я в 2006 году приехала в Баку в гости к Сашиному папе, его вторая жена уже умерла и дочка Леночка жила с папой и братом Сергеем от первого брака его мамы. Девочка сразу ко мне прижалась, и я пообещала: «Леночка, когданибудь я тебя обязательно заберу». Спустя несколько лет Виктор умер, я выслала детям денег на дорогу, и Лена с Серёжей приехали к нам. И у меня начались новые хождения по кругам ада.

«АиФ в Туле»: - Кто препятствовал удочерению?



Л.К.: -  Тут все постарались. Когда Лене исполнилось 16 лет, она не поехала получать азербайджанский паспорт и осталась без гражданства. Казалось бы, Россия, давай гражданство русскому ребёнку, но как бы не так. В Азербайджанском посольстве сотрудница усмехнулась: «У вас денег не хватит на международное усыновление». Но они меня плохо знали.

Я обратилась к Павлу Астахову и в Российский МИД, и дело сдвинулось с мёртвой точки. С большим трудом, но нужную бумагу в посольстве мне дали. Затем начались очереди в российских учреждениях. Усыновление - это очень больной вопрос для страны. Сколько людей опускали руки и уходили, сдаваясь на полпути, так и не взяв ребёнка из детского дома. Нельзя так, нужно пересматривать законы. Я понимаю, что у Астахова до всего руки не доходят. Ему нужны помощники, которые душой болеют за дело…

Кричать, пока не услышат

«АиФ в Туле»: - Как вы всётаки справились с бездушным механизмом госмашины?



Л.К.: -  Я три года за Лену боролась, никому её не отдавала, с миграционными службами воевала. Спрашиваешь, кому будет лучше, если девочку депортируют? Она там будет плакать, я здесь. Но не понимают, когда просишь. Тогда я уже начинала кричать, иной раз визиты в миграционную службу меня до сердечных приступов доводили. Законы, наверное, принимаются во благо людей, но трактуют их двояко. Один чиновник решает в пользу людей, а другой заставляет их страдать. Многие женщины в очереди в опеку переживали: «Я одна, мне не дадут». А почему не дать ребёнка, если человеку за 30, он имеет работу? Да сами органы опеки должны находить таких людей и умолять их взять ребёнка из детского дома. А сейчас сколько дурацких справок надо собрать. Если маму лишили прав или родители умерли, бабушкам и дедушкам в силу их преклонного возраста детей не отдают. У совершенно нормальных женщин, у которых нет денег, органы опеки детей отбирают и отдают в детские дома. Им что, там будет лучше? У нас столько денег тратится на содержание детских домов! Если бы детей отдавали нормальным людям, их бы всех разобрали. А у нас замкнутый круг: детских домов полно, а люди не могут усыновить ребёнка из-за всевозможных препонов. Когда мы перед Новым годом с редакцией «АиФ в Туле» ездили с подарками в детский дом, дети были рады, конечно, но они ждали другого. Они маму ждали. Даже если она пьёт, держит их впроголодь, всё равно детишки хотят быть с мамой. Поэтому государству надо начинать с будущего - с детей.

«АиФ в Туле»: - Вы брата Лены тоже забрали?..



Л.К.: -  А как же иначе? Она единственный родной человечек для него. Сереже тогда было 25. Он сейчас живёт у моей мамы в Щёкине и не может получить российское гражданство. В миграционной службе сказали, что их район не вошёл в программу переселения, что надо прописаться в Узловой. А у кого он там пропишется? Я понимаю, если бы чиновники позвонили в Узловую и решили вопрос, но они бездействуют. Идите, ищите, добивайтесь. Нельзя так работать. Я когда была у Астахова, там при мне снимали трубку и решали все вопросы. Квоты на гражданство есть, но их отдают узбекам, таджикам, армянам, а где же русские? Почему им нет места в России? Заберите вы их сюда, пусть они рожают вам русских, а там они люди третьего сорта. Сергею не дают гражданства, почему? Он не наркоман, не пьяница. Он хочет работать водителем. Не будучи россиянином, надо в 2-3 раза больше заплатить за обучение. Жениться он тоже не может. Чтобы купить жильё, надо собирать деньги, для чего нужна хорошая работа, а он, как не гражданин России, мало получает. Буду обращаться к губернатору Владимиру Груздеву с просьбой помочь.

Дураки есть везде

«АиФ в Туле»: - Мнения людей разделились по поводу воспитанников детского дома, одни жалеют их, другие пишут письма протеста, узнав, что их соседями будут бывшие детдомовцы.



Л.К.: -  Про детские дома снимают фильмы, но на самом деле они другие. В царской России почти все приюты были при храмах, монастырях, церквях и детей учили там работать, молиться и адаптировали к жизни. В наших детских домах все по-другому. Дети выходят в жизнь, не умея ничего. Их выкидывают в житейское море, а они совершенно беспомощны.

«АиФ в Туле»: - Дети в детских домах и интернатах беззащитны, часто всплывают факты о насилии.

Л.К.: -  Надо очень тесно общаться, чтобы это выяснить. Ребёнок не каждому откроется. За границей детей отдают в семьи на каникулы, а наши сидят в детдоме или едут к родителям, лишённым родительских прав. Если бы мне дали на две недели ребёнка, что, я не позанималась бы с ним? И тогда, возможно, ребёнок рассказал бы, что там происходит за стенами. А так он знает, что если он что-то кому-нибудь расскажет, ему не поздоровится. В детдомах должны работать люди, безумно любящие детей и способные отречься от себя.



«АиФ в Туле»: - Как вы относитесь к «закону Димы Яковлева», нравственно ли, что дети стали заложниками амбиций взрослых?



Л.К.: -  У меня двоякое отношение, в Америке много нормальных людей, которые растят детей, окружая любовью. Ну а дураков и у нас хватает.

Доверять и помогать



«АиФ в Туле»: - Как дочка адаптировалась к новой стране?

Л.К.: -  Первый год её не взяли ни в какую школу, она приехала в середине года, и мы с ней учили русский язык. Потом она заново пошла в восьмой класс в вечернюю школу. Она у меня высокая, и я боялась, что в обычной школе её будут дразнить. В новой школе с одноклассниками сложились хорошие отношения, у неё много друзей, подруг. В прошлом году вышла замуж. Ждём ребёнка. Саша тоже женился, у меня есть внучка, ей год и три месяца.

«АиФ в Туле»: - Они все с вами живут?



Л.К.: -  Нет, Саше мы с мужем оставили свою квартиру, Лена с семьёй пока живёт в общежитии. У меня была мысль с материнского капитала купить Лене хотя бы комнату. Но походила, посмотрела, ничего на сумму материнского капитала не купишь, да и бумаг столько надо собрать…



«АиФ в Туле»: - А где ж живёте вы с мужем?

Л.К.: -  Тоже в общежитие перебрались. Молодым больше нужна квартира, им детей растить. А у молодых порой безвыходное положение. Матьодиночка получает мизерное пособие и как ей жить? Чтобы получать даже 15 тысяч, надо иметь какую-то квалификацию. Молодёжь везде требуется с опытом работы, а где его взять? Значит надо на последнем курсе вуза устраивать их на практику, где бы им открывалась трудовая книжка. У нас много талантливой молодёжи, студенты заканчивают институты и не могут устроиться по специальности. Сказали бы им: «Придумайте, что построить на месте ветхого фонда». Они бы такое придумали! Молодёжь на мир смотрит другими глазами. Надо больше доверять молодым. Чаще чиновникам нужно вспоминать свои детство, юность, молодость. Им же тоже в своё время протягивали руку помощи. Теперь пришло время им делиться опытом. Что у нас есть для детей? Спорт - платный, занятия музыкой, танцами - платные. Куда делись бесплатные кружки? Если в семье мало денег, ребёнка проще забрать в детский дом или интернат, чем оказать достойную помощь молодой семье. Я понимаю, что нужны затраты на армию и полицию. Но ведь дети и молодёжь - это будущее страны. Почему нет помощи от государства в этом направлении? Кто из депутатов пробовал прожить месяц на 2346 рублей? Почему считают, что это нормальное пособие для ребенка до 1,5 лет? Даже на памперсы не хватает. А если у мамы нет молока? Как и на какие средства кормить будущее России? А после 1,5 лет ребёнок вообще кушать перестаёт? Если в семье мальчик, то государство через 18 лет вспомнит о нём и призовет в армию. А девочки? Они не нужны?



«АиФ в Туле»: - Как вы сумели свой бизнес организовать?

Л.К.: -  Совершенно случайно, я выкупила магазин у знакомого. Очень сложно у нас иметь свой бизнес. Потому что помощи никакой от государства. Сколько я туда денег вложила, прибыли пока не видела.

Одно радует: животные очень благодарные, они всё понимают, с ними пообщаешься - и на некоторых людей смотреть не хочется. Да и дети мои имеют возможность учиться строить бизнес, зарабатывать, обеспечивать свои семьи. У меня вообще мечта - построить в Туле зоопарк. Но это пока только идея, нет денег и бизнесплана. Но его могут сделать выпускники госуниверситетов, и они же смогут построить зоопарк. Надо, чтобы люди загорелись этой идеей. Тульские дети ездят в зоопарк, одна поездка обходится в 3000, а тут бы обошлось в 300 рублей. И люди бы водили с удовольствием своих детей, не у всех есть возможность поехать в Москву. Но нет человека, который бы сдвинул бы всё это с мёртвой точки.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество