aif.ru counter
15

Людмила Королёва: "Всё зависит от человека"

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 3. АиФ-Татарстан 19/01/2011

В этом году тулячке Людмиле КОРОЛЁВОЙ исполнится 90 лет. "Если я доживу!.." - приговаривает Людмила Михайловна. "Конечно, доживёте!" - дружно уверяют все, кто знает эту бодрую, энергичную женщину. Глядя на неё, общаясь с ней, в её возраст поверить невозможно. Но факт - вещь упрямая: она участвовала в обороне Тулы в 1941 году...

"Жили почти

на линии фронта..."

- Людмила Михайловна, а что вы делали в дни обороны Тулы?

- Да ничего особенного. Рыла окопы - как другие студенты Тульского механического института, как и вся моя

семья. А ещё мы старались выжить...

- Почему не эвакуировались?

- А куда было ехать? Кто-то эвакуировался с заводом, на котором работал, кто-то уезжал к родне в окрестные деревни. У нас в деревне никого не было - мои родители родом из Москвы. И великое счастье, что мы остались в Туле. Многие из тех, кто уезжал, попали под немецкую оккупацию, натерпелись всякого... А нашей семье повезло: все остались живы. Хотя во время обороны тоже испытали немало...

- Когда было тяжелее

всего?

- В декабре 1941 года. Обстрелы, бомбёжки - очень страшно. И неопределённость: все уезжают, а мы сидим на месте и не знаем, что дальше будет... Одна ночь была особенно трагической. Тулу покинули все войска, остался один лишь рабочий полк. Но потом пришли сибиряки, и вскоре после этого немцы покатились назад. Сибиряки, кстати, жили в соседнем с нами бараке, мама готовила им еду...

- Что за барак? Где он находился?

- Мой отец всю жизнь проработал в механико-технологическом техникуме. Сейчас техникум находится в новом кирпичном здании на улице Ф.Энгельса, чуть выше Гоголевской. А раньше на том же самом месте стояло старое здание, до революции в нём было художественное училище. Перед войной возле техникума построили два финских барака. В одном располагалось студенческое общежитие, в другом жили семьи преподавателей. В бараках не было ни канализации, ни водопровода, а зимой холод стоял страшный. Нас выручала печка-"чугунка". Пока она топится - в комнате тепло. А чуть остыла... В холодное зимнее утро пытаешься умыться, а в ведре, которое находилось в комнате, сверху вода замёрзла...

- Вы и во время обороны Тулы там жили?

- Конечно, хотя в бараке было очень опасно. Мы жили почти на линии фронта - тогда он проходил возле стадиона. Во время артобстрела через нас летели снаряды, как-то один из них попал в Дом офицеров, вокруг пылали пожары... Мы бегали спасаться от бомбёжек в подвал дома ребёнка, он находился напротив нас.

Кстати, мы одни из первых испытали на себе действие знаменитой установки "катюша"...

- Это как же?!

- Да однажды сидим у себя в бараке, и вдруг всё стало содрогаться. И ещё этот жуткий вой, взрывы... Отец кричит: "Это что же такое, завод взрывают?.." Но потом оказалось, что почти возле нашего барака стояла "катюша" и стреляла прямой наводкой по немцам...

Артистические гены

- Вы упомянули, что с другими студентами копали окопы. Разве механический институт во время войны работал?

- Я в институт поступила в 1939 году, после школы. Когда началась осада Тулы, он эвакуировался, а в 1943 году вернулся, и в нём открылось только вечернее отделение. Туда я и поступила. Днём работала, вечером училась. Окончив институт в 1945 году, стала преподавать. Так в нём и трудилась всю жизнь...

- Пошли по стопам отца?..

- Да, у него в родне очень сильные гены... Наверное, поэтому мы все стали артистами...

- В каком смысле?..

- Родная тётя у папы была артисткой московского Малого театра. И отец, когда работал в техникуме, вёл там драматический кружок. А потом и мы со старшим братом, когда он пришёл с фронта, у него играли.

- Ваш брат воевал?

- Да, его призвали в 1942 году. Наверное, поэтому он выжил. Хотя его фронтовая судьба была очень тяжёлой. Чуть не утонул во время форсирования Днестра. В боях под Жлобином попал в плен. Бежал. Пешком прошёл через всю Россию и через линию фронта прорвался к своим. А его за пребывание в плену присудили к штрафной роте. Мама каждый день бегала в церковь молиться, чтобы ему Бог помог, ведь в штрафной роте - верная смерть. Как он писал домой: "В нас стреляли и сзади, и спереди. Спасло только то, что я бежал впереди и пули летели через меня!.." Он заслужил пять наград, а получил только три - две где-то потеряли. И вернулся домой живым, не покалеченным...

- Вашей семье очень повезло...

- Наверное, да. И мы все были очень дружными, хотя жизнь была не из лёгких. От тягот рано умерла мама - в 59 лет. И у меня был очень тяжёлый период в начале 60-х годов. Тогда, чтобы отвлечься, я поступила в театральный кружок Дома офицеров. В институте узнали, что я там играю, и решили, что это безобразие. Ведь у нас был свой театр профессорско-преподавательского состава... Его организовали в 60-е годы, он пользовался огромной популярностью. Им руководил артист областного театра драмы Александр Михин. В 1963 году я уже там играла в комедии Анатолия Софронова "Миллион за улыбку". Потом у нас ещё шла пьеса Виктора Гусева "Слава", водевиль Николая Градова "Рай в шалаше"...

- Когда вы только всё успевали?..

- Я ещё и на всех институтских вечерах выступала с художественным чтением. Всю жизнь играла, выступала. Для меня это была очень большая отдушина...

На пенсии скучать некогда

- А в 1983 году вышли на пенсию. И..?

- Подумать только, я уже 27 лет на пенсии - ужас! Но скучать было некогда. Мой муж очень хорошо писал стихи. И я долгое время занималась тем, что печатала их на машинке, оформляла - потом мы их передали в музей пединститута, где он работал.

В общем, занималась прославлением мужа. Он защитил диссертацию - мы её готовили фактически вместе. Зато он мне посвятил все свои методички. Надписал: "Жене и лучшему другу жизни, соавтору и вдохновителю всех моих научных и других работ".

А в 2004 году он умер. И сейчас я живу одна.

- Тяжело. Как же вы справляетесь?

- Для меня самой главной радостью стало чтение. Если бы не это - я бы, наверное, сошла с ума. И, конечно, сама себя обслуживаю. Окна, пол мою, стираю, готовлю. Каждый день обязательно гуляю, хожу по магазинам. На Всехсвятское кладбище, Центральный рынок летом иду пешком. А на Серебровский рынок пешком - круглый год...

- Да это же от вас, если идти быстро, займёт около получаса!

- Ну а у меня - все 45 минут... Сосульки на крышах висят, лужи, скользко... Пожилому человеку по нашему городу ходить очень тяжело и опасно, постоянно падаю... Но всё равно хожу - это у меня закалка с молодости. Мы с мужем и после 60 лет на лыжах до деревни Зайцево ходили. А в 60 лет я благодаря ему впервые села на велосипед - и мы ездили купаться...

Сейчас, зимой, смотрю - все бабки попрятались. Дескать, холодно! Да ведь не бывает плохой погоды, надо только правильно одеться! Я вообще не представляю, как можно на улицу не выходить...

- Ну они, наверное, плохо себя чувствуют...

- Некоторые специально напускают на себя слабость. У меня тоже есть болезни. Но я каждый день анализирую своё состояние и стараюсь не злоупотреблять лекарствами. Знаю, что мне помочь некому. Иногда устану, тоже про себя разноюсь... А потом думаю: ну нет, распускаться нельзя! И всех своих бабок утешаю, говоря: ко всему надо подходить с философской точки зрения...

- Какой?

- Всё от человека зависит!..

Смотрите также:

Loading...

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество