«Дед, тебе скидка выйдет!» Каким продавцам не стоит доверять

Александр Ишанов / Коллаж АиФ

Читатели «АиФ в Туле» нередко рассказывают нам о том, как им впаривают дешёвый и ненужный товар, приходя в их дома, втираясь в доверие и заявляя о социальных акциях с грандиозными скидками.

   
   

Наши корреспонденты провели расследование того, как это происходит с обеих сторон и узнали, что могут сделать в этой ситуации правоохранители.

«Никому верить нельзя»

Около 11.00 в дверь Александра Сергеевича Некрасова постучали. Звонок не работал.

«Здравствуйте, собрание начинается уже через десять минут во дворе, ждём вас, пожалуйста, не опаздывайте», - выдала скороговоркой девушка лет двадцати, не дав себя даже толком разглядеть. Пенсионер хотел было ответить что-то, но та уже стремглав взлетела на этаж и защебетала нечто подобное соседке Александра Сергеевича сверху.

Некрасов ещё со времён советской юности чётко для себя усвоил, что если и проходит собрание, то всегда по серьёзному поводу. И опаздывать, конечно же, нельзя, кто б спорил. Тем более, что в посёлке Шатск, где проживает Александр Сергеевич, что-либо значимое вообще не часто случается. И относиться к собраниям правильнее, скорее, надо как к празднику или какому другому знаменательному событию. И приходить на него нужно, одетым соответствующе. Но поскольку дело не терпит отлагательств и на всё про всё десять минут, то Александр Сергеевич ограничился умеренно торжественным стилем. Поверх домашней байковой рубашки в клетку надел пиджак, висевший в кладовке на случай походов на почту за пенсией и поездок в облцентр, нахлобучил на голову кепку и поспешил на улицу. Уже спускаясь по лестнице и второпях застёгивая пуговицы, обнаружил, что так и остался в домашних тапках. Но возвращаться долго, да и вдвойне тяжелее, чем спускаться. И собрание уже началось – гремит голос выступающего.

«Вы помните, как было в советские времена? Помните? На каждой аптеке был номер. Номер! Аптека номер 5. Аптека номер 24. Аптека номер 13. Вы понимаете? Они все были государственные, все пронумерованные и, если что, всегда ясно, с кого спрос! А теперь как они называются? Аптека «Не болей-ка»? «Будь здоров, не кашляй»? «Добрый доктор Айболит»? А где гарантия, что он действительно доктор и действительно добрый? Где уверенность, скажите, что лекарства там продаются не поддельные, а хозяин этой аптечной лавки – не шарлатан?»

Девушка в сером костюме-двойке, подчёркивающем статность фигуры («эта-то, наверное, по этажам не бегает», - подумалось Некрасову) громко и эмоционально рассказывает собравшимся во дворе пенсионерам про бардак в сегодняшней фармацевтической системе. Летавшая по этажам стоит в сторонке и внимательно слушает не летавшую, прижимая к груди папку с клипсой.

   
   

«И – главное – ведь никому нельзя верить. Просто решительно – ни-ко-му! Нет, ну правда, разве можно?..» - продолжала первая.

«Нет, дочь, что ты? Какой там верить», - опершись о костыль, вздохнул неизвестный Некрасову «оренбургский пуховый платок». «Кто же это? Даже из соседних домов на собрание позвали, видимо… Значит, точно, что-то очень важное», - сделал вывод наблюдательный Некрасов.

«Сейчас случай расскажу. У тёти моего брата болели ноги, пухли, было тяжёло ходить… Ну, бывает в таком возрасте, сами понимаете. Так вот, ей посоветовали носить колготки из шерсти новорожденных верблюжат. Пришла она в магазин с ортопедической обувью и тому подобными вещами. И спрашивает: «Есть из шерсти верблюжат у вас колготки-то?». «Конечно, - говорят, - есть. Вам какой размер? О, как раз последний и остался». И содрали они с неё за этот последний размер… Ну, в общем, очень дорого ей обошлась покупка. Ну, ладно. Всё-таки, такое дело, здоровье, как-никак. Но мой брат, вот в чём дело-то, служил в Афганистане. И он там этих верблюдов… Ну, каждый день почти видел… И верблюжат тоже. А теперь внимание. Он когда узнал про эту историю, он так и сказал: “Тётя! Я был в Афганистане, я всё видел. У новорожденных верблюжат шерсти нет! Нет у верблюжат шерсти, тётя, нету!”».

«Господи, что ж за дела такие на свете творятся», - крестится соседка Александра Сергеевича, посвятившая лучшие годы своей жизни работе на чулочно-прядильном производстве.

«Нету, понимаете! Нет у них шерсти! А в магазине продали! У них, значит, есть, да ещё и размер подходящий нашёлся! В общем, кругом обман. Но! Не всё так плохо, как казалось бы. Далеко не всё. К счастью, есть ещё добросовестные люди, которые даже в наше непростое время производят по-настоящему качественную продукцию. Пожалуйста, вот вам пример».

В руках у оратора оказывается коробка с изображённым на ней странным предметом, похожим на прибор для измерения давления.

«Остеохондроз? Две недели. Всё как рукой снимет. Боли в спине – день, два. Может, три, в зависимости от запущенности. Ишемия, тахикардия, общая сердечная недостаточность – через месяц гарантированно улучшится состояние. И невероятно просто пользоваться. Поставил присоску на больное место, включил в розетку, задал нужный режим… Всё остальное техника сделает сама. Вот почему, скажите мне, а? Почему эти люди по-прежнему, не взирая на все кризисы, делают такие хорошие и по-настоящему действующие приборы? И ведь они лечат. Ведь они действительно, верите вы тому или нет, лечат! Но и стоит это качество тоже, надо сказать, недёшево. Иногда они делают скидки, как, например, на Международный день сердца, как сегодня. 80-процентная скидка, да .То есть, купить этот прибор, дайте посчитаю… Можно будет всего за 16 тысяч. Кстати, вы тоже можете приобрести этот аппарат по льготной стоимости. Можете, конечно, вам никто не запрещает! Мы все – и богатый и бедный. Потому что политика компании такая, понимаете… Социально ориентированная. Подойдите к девушке, оформите, если кто захочет. Ну, спасибо, у меня на этом всё. Мы поехали дальше».

«Слова спича не меняем»

«Быылин, если мне ещё хоть раз кто-то сегодня скажет про шерсть новорожденных верблюжат, у меня крыша поедет», - дрожащими пальцами раскуривает дамские «слимцы» дворовый оратор.

«Что делать, слова спича менять нельзя, - улыбается её напарница. – Но, вообще, да. Странно. Тем более, уже пятый заезд. Слушай, Мишань, может, домой уже поедем, а? Четыре комплекта продали. Суточная норма».

«А можно и ещё столько же. Полдня всего прошло».

«Даа, блин. Откуда Стас узнает-то об этом? Сейчас вообще плохо берут, все кризиса боятся. Четыре комплекта в день – это, вообще, очень даже норм, Мишань. Поехали, короче».

«Да мне какое дело. Поехали. Только, если что, я вас предупреждал».

«Да пофиг. Стас сам уже с работы смылся. Будет он там сидеть в пятницу, ага. Всё, домой, хватит! «У новорожденных верблюжат шерсти – нет!». Боже, какой же дурдом… «Я служил в Афганистане, я всё видел…». Ну, жесть…»

«А в Афганистане вообще водятся верблюды-то?» – спрашивает зажатый в углу заднего сиденья автомобиля наблюдавший всё происходящее до этого стажёр.

«А я откуда знаю? Я, что ли, этот спич писала. Какая тебе разница? Смотри: мы сделали норму за сегодня, нормально заработали, а теперь забили хрен на вторую половину дня. Если каждый день так…»

Густо обклеенный пластиковыми стразами телефон девушки начинает наигрывать мелодию. Очень скоро становится понятным, что сообщают ей на том конце что-то явно неприятное.

«Блин, дедушка заболел! —  по-детски начинает лепетать она. — Увезли на «скорой»… И ведь врач сказал, что если регулярно будет пить таблетки, больше приступов не будет. Выпить, что ли забыл? Всё, теперь точно срочно домой! Быылин, дедулечка…»

«Вы о нас не слышали?»

Туляк Дмитрий только что закончил институт и практически не имел никакого опыта работы. Попалось объявление в интернете: «Помощник руководителя. Можно без опыта. Зарплата хорошая». Кинул на указанный почтовый ящик резюме. Раздался звонок через несколько часов. «Приходите: поговорим, друг на друга посмотрим».

«Для начала заполните анкету».

На чёрный представительный стол лёг расчерченный лист бумаги, ручка. За спиной секретарши в окне, через раскрыты жалюзи, можно было наблюдать распивающую в углу двора троицу. Слева – дверь с надписью «приёмная», справа – дверь без надписи.

«Офис солидный. На окраине только. Экономят, умеют деньги считать», - отметил про себя Дмитрий.

Заполнив анкету, вопросительно заглянул в глаза секретарши.

«Вам перезвонят, - ответила та. – Через день, может, через два. Много желающих».

«Да, но у меня, вон, и образование высшее имеется. А у вас написано, что и без образования можно. Значит, если с образованием, то очевидное преимущество перед другими?»

«Значит, если», - утвердительно улыбнулась она.

Звонок через сутки. «Приходите, директор проведёт собеседование». В кабинете сидит джентльмен в костюме-тройке и с лицом невыспавшегося автослесаря. Он даже не скрывает наколотые на руках перстни – если приглядеться, можно прочесть по ним этапы его трудовой биографии.

«Какую, говорите, вы указали в анкете желаемую зарплату? – сходу спрашивает он. – Так вот, у нас так мало даже стажёры не получают. Мы – компания, которая работает с ведущими медицинскими учреждениями страны, а также с некоторыми зарубежными. Наши офисы открыты по всей России. И не только в России. Хочу подчеркнуть, что с нами работают, несмотря на санкции. Потому что у нас уникальная продукция. Недавно с Португалией заключили договор, может, слышали? Показывали в новостях… С испанскими клиниками мы также активно сотрудничаем. В Германии, правда, мы ещё недостаточно широко представлены, но это вопрос времени. И политическая ситуация тут, повторюсь, не будет играть особой роли. Люди не будут экономить на своём здоровье. Так, ладно. Скажите уже честно: на какую зарплату вы на самом деле рассчитываете?»

«А на какую имеет смысл?»

«Вижу я, пока вы не очень хорошо понимаете масштабы нашей деятельности. А образование у вас какое?»

«Гуманитарное. В смысле, высшее. Но только такое. А нужно медицинское?»

«Нет, не нужно, - не глядя на соискателя, перстни набирают цифры на стационарном телефоне. – Маш! Принимай стажёра! Говорит, что у него язык подвешен, его специально этому обучила. Да, учился на гуманитарном высшем. Я не знаю, где именно? Вот и спросишь. И, Маш, давай как не в прошлый раз, хорошо? Минимум четыре. Минимум. И не надо говорить потом, что вас никто не слушал. Других слушают, почему-то. Всё, давай без подробностей. Через три минуты будет у тебя».

Перстни громко шмякают трубку о корпус телефона.

«Поедете в Шатск, в область. Посмотрите, что за работа. Погода хорошая, дождя нет. Самое то. Да и наши распространителя там давно не были. Ну, у меня пока всё. Если что – вот моя визитка. Номер только там другой, надписанный поверх зачёркнутого. Если сработаемся, можно будет без отчества, просто Стас. Благодарю за внимание».

Комментарии

Право каждого гражданина – не просто требовать документы у приходящего к нему домой предполагаемого «продавца», но и требовать телефон компании, по которому он мог бы удостовериться, что пришедший к нему человек там действительно работает и действительно направлялся по его адресу. Как и право открывать или не открывать дверь. И принимать решение о покупке того или иного товара – это, тоже, конечно, дело каждого отдельно взятого гражданина. Сотрудники полиции регулярно оповещают граждан о том, что нужно быть бдительными. Особенно это касается пожилых людей. Довольно распространены случаи, когда к ним в дверь стучатся люди, представляясь работниками социальных служб, специалистами по газовому оборудованию и т.п. Предлагают обследовать газовую плиту или колонку, проникают в квартиру и похищают (либо получают обманным путём деньги). Также часто пенсионеров обманывают, предлагая обменять деньги – якобы, начали ходить купюру нового образца. В качестве профилактических мер, участковые полицейские регулярно делают обход жителей и разъясняют им, как нельзя стать жертвами мошенников.

Сергей Сергейчев, заместитель начальника отдела информации и общественных связей регионального УМВД

Неизвестные деловые ребята пригласили меня на собрание. Сказали, они из какого-то центра, будут про льготы для пенсионеров рассказывать. Пошёл. А там представляют массажный прибор за 80 тыс. рублей, который суставы лечит, - говорит Альберт Николаевич. – Для вас, для пенсионеров, власть скидки делает – по 14 тыс. продаём», - рассказывают парни. Кому нужен – поднимите руки. Я поднял и еще одна женщина. Они посмотрели на нас внимательно, выбрали меня и тут же повели в мою квартиру: «Покажем, как работает, оформим документы». Пришли домой, говорит «раздевайтесь». Разделся, показали, как аппарат работает. Взяли расписку, что проинструктировали. Я отдал деньги. Думаю, если что, верну. Парни уехали, я начал читать инструкцию и обнаружил - аппарат не лечебный, как говорили, а оздоровительный. Звоню гендиректору центра. Она: «Напишите письмо, рассмотрим и вернём». Написал. Через пару неделю звоню. Она: «Не получили». Я опять писать. Ответ тот же. Поехал сам в Тулу. Обыскался, нет такого адреса. Зашёл в ближайший магазин. Там говорят: «Не вы первый их ищете. И чего они вас, стариков, гоняют?». Звоню директорше: «Я вас не нашёл. Что делать?» Она: «Я не знаю, что делать». Я к участковому. Тот: «Пишите заявление в прокуратуру». Я в прокуратуру, там: «Обращайтесь в суд»…

 

Альберт Басыров, 74 года, Киреевский район